Стаи не виноваты

Евгений Иьинский, президент Центра правовой зоозащиты:

– Виновата программа прави-тельства по стерилизации животных – она предусматривает свободное, бесконтрольное обитание бездомных собак по всему городу. Дело в том, что фактически у нас введен запрет на отлов: не хватает бюджетных средств и сотрудников.

По программе правительства стерилизованные животные возвращаются в места своего обитания. Другого варианта нет: собак просто негде передерживать, даже агрессивных. По закону у нас нет средств для изъятия собак с улиц.

Зато процветает черный рынок ловцов, которые по ночам ликвидируют даже стерилизованные стаи. Обходятся с ними по-разному: «гуманные» бригады ловят собак сетями или стреляют в них шприцами. Далее животных помещают в машины, а куда их везут после этого – никто не знает. Это неконтролируемая утилизация. Может быть, их тут же убивают прямо в машине! А иногда появляются гастарбайтеры, которые просто отстреливают собак на месте.

Это черный рынок – результат запрета на легальный отлов собак. По закону нельзя запрещать оказание услуг, в которых нуждается население. И такая чудовищная ситуация – дело рук правительства Москвы.

Стаи не виноваты, что бросаются на людей – ведь люди заходят на территории, которые собаки считают своими. Стая воспринимает это как агрессию и нападает.

Недавняя инициатива мэра о постройке новых приютов – в принципе хорошая. Но, во-первых, эти приюты пока что позиционируются как приюты пожизненного содержания. Мест в них никогда не хватит на всех. А нужна более сложная система – так, как это делается в Европе. Государственные приюты передерживают собак на определенный срок. Если собаку за это время не забрал частный приют либо новый владелец – увы, ее придется усыпить. В первую очередь, конечно, эвтаназии подвергнутся больные и старые животные. С этим ничего не поделаешь. Через это проходили все страны, столкнувшиеся с проблемой бродячих собак. В городе просто нет места для большой популяции собак.

Больная крыса опаснее бродячей собаки

В России, и в Московском регионе в частности, вспышки бешенства случаются довольно часто, особенно в межсезонье.

– В конце зимы животные становятся намного подвижнее и перемещаются на большие расстояния, – объясняет руководитель пресс-службы Россельхознадзора Алексей Алексеенко. – Поэтому, например, одна больная собака может разнести заразу не только в пределах одного города, но и его окрестностей.

– Мы начали мониторинг в дикой природе, выявляем животных со странностями в поведении и берем у них пробы на анализ. Чтобы выявить очаг заболевания, проще всего изучить мозговую ткань павшего животного, у живых обычно на анализ берется кровь. Здоровых животных мы вакцинируем: лекарство дается в виде подкормки, – рассказал Алексеенко «Московскому корреспонденту».

Эксперты признаются, что бешенство трудно диагностировать, его симптомы характерны и для более банальных болезней – того же гриппа или отравления. Стоит задуматься, если дикие животные не боятся и близко подходят к человеку или забираются на дачный участок. Заболевшие домашние питомцы отказываются от воды.

Более подвержены бешенству хищники – лисы, волки и одичавшие собаки, которых люди «забывают» на дачах с окончанием сезона. В Россельхознадзоре не советуют брать с собой на отдых домашних питомцев и тем более выпускать их «побегать» на природе. Часто собаки или кошки находят в лесу больных ежей и ранятся, а этого достаточно, чтобы зараза попала в кровь. От кошки бешенством рискует заразиться и человек.

В Москве и области самыми небезопасными признаны экологически чистые жилые районы, расположенные вблизи леса, именно там обитают дикие животные. В прошлые годы вспышки бешенства регистрировали в Подольском, Чеховском и Раменском районах. В городе опасаться стоит не столько бродячих собак, сколько грызунов, живущих даже в многоэтажках. Больная крыса, предупреждают зооэксперты, не контролирует себя, теряет страх перед более крупными животными, становится агрессивной и запросто может наброситься на человека.