МВД обворовывает своих верных израненных бойцов, проливавших кровь в горячих точках, на миллиарды рублей

Сегодня российский омоновец отправит в Европейский суд свой иск к МВД России и Спецотделу Федерального казначейства России. До этого российский суд дважды присуждал Дмитрию Флорину деньги за участие в боевых действиях в Чечне. Однако МВД этих денег так и не выплатило. Бывший ОМОНовец намерен отсудить у государства положенные ему суммы, а также компенсацию морального ущерба.

 

На родину надейся, но сам не плошай Фото: Дмитрий Флорин

«Уважаемый Дмитрий Алексеевич! По поручению Управления президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан, Федеральное казначейство, рассмотрев Ваше обращение к Президенту Российской Федерации по вопросу исполнения исполнительных документов о взыскании денежной компенсации за участие в боевых действиях на территории Северо-Кавказского региона России, сообщает следующее».

Дальше – перечисление причин, по которым государство ну никак не может выплатить жалкие 2 тысячи долларов, которые оно должно за участие бойца в чеченской кампании.

Первый тост

Чечня, 2001 год. Ножай-Юртовский район, рядом – граница с Грузией. В рязанский ОМОН, дислоцированный в здании бывшей школы села Зандак, вернулись из Ханкалы кадровики с радостной вестью: «Парни, за последний месяц нам начислили еще почти по 15 тысяч». На радостях разливают кизлярский коньяк – по 25 рублей за бутылку. Первый тост – за родных, второй – за нас, третий, не чокаясь, за погибших. Все остальные – за «праздник боевых». Настроение – отличное. Разговоры только о том, кто и что купит и куда съездит отдохнуть по возвращении домой.

Когда от окружающего безумия, алкоголя и наркотиков у людей «едет крыша» – это страшное зрелище. Последняя надежда: «Приеду, получу деньги, брошу эту «русскую рулетку» к известной матери и постараюсь забыть все, кроме погибших друзей».

Спас троих

Капитан милиции Александр Родионов в рязанский ОМОН перевелся в 2000 году из отдела уголовного розыска местного УВД. Для своих он был просто Михалыч. И тоже мечтал, как вернется домой, получит «боевые», купит подержанную иномарку, заживет новой жизнью.

Точку поставил выстрел гранатомета, пробивший борт боевой машины и вырвавший всю левую часть туловища Михалыча. Он жил еще несколько минут, успел втащить обратно в машину вывалившегося наполовину водителя Петруху. И этим спас троих бойцов, раненных взрывом: водила рванул с места и домчался до блокпоста, не попав под остальные выстрелы.

Вовка Милехин, сидевший за Михалычем на стыке отсеков, умер сразу – хвостовик гранаты, торчавший из его груди, еще какое-то время горел. Вовка вернулся в ОМОН после того, как несколько месяцев назад из него уволился. Эта была его первая командировка после восстановления в отряде: семье нужны были деньги.

А ОМОНу нужны были бойцы для войны.

А в Ханкале какие-то твари сняли с тела Михалыча хорошие иностранные берцы, которыми он так хвалился. При жизни своих уже отсуженных боевых он не получил.

Судью на мыло

Первые судебные иски «пошли» в 2001–2002 годах. Неслыханное дело: милиционеры стали требовать свои деньги, да еще – через суд. «Прессовали» таких «нахалов» основательно. Кому-то грозили понижением в должности, кому-то – попорченной карьерой, кому-то – отказом в направлении на учебу.

Судья Советского районного суда Рязани Мирослав Шевчук в 2005 году говорил подающим иски «чеченцам»:

– Ребята, очень сильное давление «сверху». За то, что я принимаю решения о выплате вам ваших денег, меня скоро снимут.

Не ошибся – сняли.

Письмо Путину

Бывший боец рязанского ОМОНа Дмитрий Флорин не может получить свои 50 тысяч «деревянных» уже восьмой год. За это время суд дважды принимал решение в его пользу. И каждый раз у чиновников из МВД находится причина не исполнять решение суда.

Не помогло и обращение напрямую к Владимиру Путину. Письмо из администрации президента переправили в Федеральное казначейство. Те – в свой специальный отдел казначейства (СпецОФК). Спецотдел же затеял пере-писку.

Вечная дурочка

Помните, как у Райкина: «Запустить дурочку»? Именно так и действует все эти 7 с лишним лет СпецОФК: прикрываясь самыми идиотскими, маловразумительными отписками, тянет время. Суть в том, что закон оставляет чиновникам очень хитрую лазеечку: как только истекает 3-летний срок со дня решения суда, все надо начинать сначала и снова собирать документы, и снова – в суд. А если учесть, что каждый раз ответа от чиновников из казначейства приходится ждать от 9 месяцев до полутора лет, представьте, какую надо иметь железную выдержку, чтобы не опустить рук и продолжить борьбу с государственной машиной.

Последнее «ноу-хау»: из прибывших к исполнению документов изымается их часть, в том числе, и опись самих документов, а сам пакет через несколько месяцев отсылается обратно с пометкой: «Исправить недостатки, не хватает некоторых документов».

И не всякий, решившийся побороться с государством, готов посвятить этой борьбе остаток жизни.

Большинство, спустя несколько лет, эту затею бросают.

От засад до зачисток

Командировка в Чечню для сотрудников МВД в 2001 году длилась, как правило, 3 месяца. Один отряд ОМОНа, командированный в эту республику, насчитывает 50 человек. За год только один региональный отряд «посещал» Чечню 4 раза. Примерное количество региональных ОМОНов – около 80. За одну командировку одному омоновцу выписывают в среднем по 50 тысяч рублей.

Считаем: 50000 рублей (долг) умножим на 50 человек (отряд). Равняется 2500000 рублей. Столько не выплатили одному отряду за одну командировку.

2500000 рублей (долг перед одним отрядом) умножаем на 4 (командировки в год). Равняется 10000000 рублей. Это уже – одному отряду за год.

10000000 рублей (долг каждому отряду за год) Х 80 (количество отрядов) = 800000 000 рублей. Это уже задолжали всем отрядам страны. За год.Сумма грандиозная.

Даже если посчитать проценты на нее по средней годовой банковской ставке за срочный вклад – 10%, получаем 80 миллионов рублей годовых. Столько можно «заработать», если задержать – всего на год – положенные бойцам «боевые». А ведь некоторым не выплатили за командировки еще с 1999 года.

В живых осталось только трое

Точное количество отрядов ОМОН подсчитать трудно.

В крупных регионах существуют как минимум два отряда – областной и городской.

А ведь кроме ОМОНа есть еще сводные отряды милиции (СОМ). В каждом – от 50 до 100 бойцов, есть спецотряды СОБР и ОМСН – в среднем по 20–30 бойцов в каждом, части внутренних войск (ВВ) – тут уже от нескольких сотен до нескольких тысяч человек. А еще есть временные отделы внутренних дел (ВОВД) – 50–100 сотрудников. И есть Временные войсковые резервы МВД, есть части Министерства обороны, подразделения ГРУ и ФСБ.

Ну и о суммах. «Боевые долги» мы считали для «среднесержантского состава». А у боевых офицеров суммы в несколько раз больше.