Никому не дано знать, что развеселит сегодня нашего градоначальника, а что опечалит. Ему свойственен повседневный оптимизм, но иногда и с ним случаются моменты, когда сердце мэра делает горестные заметы.

Намедни он проезжал по Шаболовке, и ему на глаза попалась Шуховская башня. Наверняка мэр не раз видел ее и до того, но именно вчера она показалась ему как будто покосившейся и больной. Мэр, прикидывая по привычке, как бы ее использовать на благо кармана города, с горечью понял, что не выдержит старуха достаточного объема наружной рекламы. А если к очередному празднику города на нее повесить осветительные приборы, так она и вовсе скорее всего рухнет. «Это объект бедствия», – сказал мэр, как отрезал. Хотя на самом деле эта башня, как и многое другое вокруг, включая нас с вами, скорее субъект бедствия.

Вертикальные категории

Именно полное отсутствие подсветки больше всего опечалило нашего главу. Мысленно Лужков тут же перенесся в Европу, и Шуховская башня на этом мысленном фоне показалась бедной родственницей из провинции. «Тот факт, что наша Шуховская башня никак не освещается – это позор. Особенно если сравнить ее со знаменитой Эйфелевой башней во Франции, и все сразу станет ясно», – совсем затужил мэр.

Заметим, что когда он тщательно зачищал набережные и сам фарватер Москвы-реки от всего, с его точки зрения, лишнего, включая рестораны и кафе, он не сравнивал нашу столичную реку с Сеной. Скорее всего вертикальные протяженные категории ему милее горизонтальных. «Я считаю, что архитектурная общественность должна вмешаться и объявить ее объектом бедствия», – неожиданно добавил Юрий Лужков.

В ужасном состоянии

Думается, от этих слов эта самая общественность покачнулась и задрожала. Еще бы. Никогда еще Лужков к ней не апеллировал. Ни когда уничтожал гостиницу «Москва», ни когда рушил «Военторг». Впрочем, ажурная радиобашня простояла почти сто лет и за это время ни разу не падала. Но никогда и не реставрировалась. В отличие, скажем, от Пизанской. Однако главный архитектор города Кузьмин тут же и успокоил мэра. По его словам, уже готов список архитектурных объектов, находящихся «в ужасном состоянии», который включает 80 наименований. Думается, архитектор значительно приуменьшил и тем самым продешевил.